Новости
Чемпионат РоссииКубок РоссииЕврокубкиСборныеПляжный волейболНовости ВФВЛента новостейОбзор прессыFacebook











Обзор прессы
НовостиОбзор прессыИнтернет-СМИ 9 января. «Чемпионат.com». Никита Алексеев: сказал – хочу служить в армии. Все оторвались от дел
9 Января 2017, 09:46Печать
Интернет-СМИ 9 января. «Чемпионат.com». Никита Алексеев: сказал – хочу служить в армии. Все оторвались от дел

О том, как порвать со спортом и добровольно пойти в десантные войска, а потом вновь вернуться, – в интервью волейболиста Никиты Алексеева.

За более чем полвека в профессии подобного не встречал никогда. Уверен, вы согласитесь со мной, что это редчайший, если не единичный случай: чтобы способный парень, уже проявивший себя в большом волейболе, обладатель серебряных медалей чемпионата страны, финалист Еврокубка и чемпион Европы среди юниоров враз порвал со спортом и по собственному желанию (именно желанию, я не ошибся) ушёл служить в армию.

И не в какую-то там спортроту, а в самую что ни на есть действующую, причём в элитные десантные войска. И только отдав свой долг Родине и официально демобилизовавшись, вернулся в любимый волейбол, как говорит сам Никита Алексеев из новокуйбышевской «Новы», «другим человеком», совершившим полную переоценку всего происходившего с ним и вокруг него до службы. Самый результативный игрок мужской российской Суперлиги, игры которой возобновились после Нового года, дал эксклюзивное интервью «Чемпионату».

Незабываемый сезон в Уфе

— Давай начнём все-таки не от «печки», а с момента, когда ты, коренной москвич, где родился и вырос как игрок, променял столицу страны на столицу Башкортостана. Чем привлекла Уфа?

— Я играл за вторую динамовскую команду и много тренировался с основным составом, которым в то время руководил Юрий Чередник. Но при этом прекрасно понимал, что мне вовсе не светит оказаться в Суперлиге именно в «Динамо»: там была серьёзная конкуренция. Как раз в это время познакомился с Дмитрием Резвановым, который и стал моим агентом. Для меня всё это было в диковинку: я вообще не знал, что в спорте существуют агенты и чем они занимаются. Мы стали переписываться. И по завершении сезона Дмитрий вдруг предлагает мне отправиться в Уфу, в команду Суперлиги. Согласился без раздумий — слово «Суперлига» стало этаким паролем. И где-то через неделю читаю, что там собирается уникальная компания игроков — Алексей Вербов, Алексей Спиридонов, Паша Абрамов, бразилец Леандро Виссотто. А тренером в то время в Уфе был итальянец Анджолино Фригони.

Кто-то меня спросил: «В армии служить хочешь?» Отвечаю: «Да, хочу». Все сразу оторвались от своих бумажек и посмотрели на меня, как на сумасшедшего.

— И как тебя встретили в команде?

— Надо сказать, что я всегда испытывал проблемы с лишним весом. И вот прилетаю в Уфу. Ещё не было медицинского обследования, просто тренер знакомился с каждым из игроков. При виде меня с приличной детской припухлостью в районе живота тренер опешил: «Ты кто?» Я представился: «Никита Алексеев, волейболист». Фригони: «Волейболист? В таком виде? С таким лишним весом?» Я признался, что все годы играю с лишним весом и что это мне не мешает. А на первом же предсезонном сборе, который проходил опять-таки в Уфе, мы играли в пляжный волейбол. И я оказался в паре с Лёшей Вербовым. И у меня всё получалось. Мы тогда обыграли всех. Только после этого Фригони в меня поверил. Понятно, наставлял, чтобы я следил за собой, пытался избавиться от лишних килограммов. Да я всё это и сам прекрасно понимал. Но с появлением в команде бразильца (а был ещё Андрюха Максимов на позиции диагонального, и конкуренция была серьёзная) я оказался как бы третьим диагональным или четвёртым доигровщиком. Я выходил на площадку в каждом матче, но не больше чем на два-три мяча. Игровой практики было мало. Но тот сезон был для меня незабываемым, и я часто его вспоминаю с ребятами, с которыми постоянно нахожусь в контакте. «На вопрос, хочу ли судить в армии, ответил утвердительно» 

— И все же как так получилось, что ты решил бросить всё и пойти служить в армию? Может, поспорил с кем-нибудь?

— Ни в коем случае. Мы тогда заканчивали сезон в Анапе, где играли в плей-ауте, боролись за выживание. Смогли остаться в Суперлиге. Но в последней игре я получил травму колена. Не очень серьёзную, но всё же. И всякие мысли о будущем меня тогда будоражили. К тому же такого отношения к волейболу, как сейчас, у меня никогда не было. А повестки из военкомата мне постоянно приходили по месту прописки в Москве. Мама звонила, спрашивала, что делать. Я её успокаивал, говорил, что приеду в отпуск, приду в военкомат и объясню, что у меня остаётся последний курс в вузе — я закончил МГУПИ, Московский государственный университет приборостроения и информатики, у меня диплом менеджера. Когда вернулся домой, сели всей семьёй обсуждать, как поступить. Мама всегда ратовала за волейбол. Отец — человек более строгий.

И я ему признался, что созрел до того, чтобы пойти в армию и отдать свой долг Родине. А потом продвигаться уже по военной линии – поступить в академию. В общем, домашние меня поддержали. Я прошёл медкомиссию в военкомате. И вот сижу перед последней дверью, рядом человек десять ребят, и у каждого толстенные папки с бумагами. И все какие-то тощие, маленькие, корявые — служить никто не хотел. А из кабинета, где заседала комиссия, выходят один за другим — и все такие радостные: «Всё, пацаны, поздравьте, откосил по болезни». Когда очередь дошла до меня, захожу, представился, а там человек шесть-семь призывников сидели, какие-то бумаги заполняли. На меня ноль внимания. Кто-то меня спросил: «В армии служить хочешь?» Отвечаю: «Да, хочу». Все сразу оторвались от своих бумажек и посмотрели на меня, как на сумасшедшего.

Меня начали расспрашивать больше не про армию, а про волейбол, когда я признался, чем занимаюсь. Потом поинтересовались, где хочу служить. Все мои предпочтения учли и помогли попасть в 45-й отдельный гвардейский полк специального назначения. В этом полку служил мой дядя, много рассказывал, да и читал я про эту воинскую часть интересные вещи. Многие мои приятели служили в армии, рассказывали всякое — большей частью зимой снег убирали, а летом траву косили. Я же хотел прочувствовать, что такое настоящая служба, чтобы избавиться от своей расхлябанности.

Могу много чего рассказать про этот год, но не имею права по разным причинам. Единственное, в чем убеждён: это был лучший год моей жизни. Вот ведь как бывает: когда был в армии, каждый день думал, когда же все это кончится, когда я отсюда уеду. А когда вернулся домой, прошла неделя — и меня потянуло обратно. И вот минуло почти два года, но не было дня, чтобы я не вспоминал проведённое на службе время. А ещё нашёл там своего лучшего друга. Мы всё время общаемся, он из станицы на Кубани, и когда мы играли в Краснодаре, приезжал на матч, поддерживал. Армейское братство – сильная вещь.

«Рассказываю про волейбол, а у меня мурашки по коже»

— И всё равно волейбол не давал покоя даже в армии, иначе бы ты не вернулся в большой спорт?

— Через какое-то время потянуло назад, в волейбол. Мы были в полях на учениях, и я сильно простудился: там море рядом — Крым всё-таки, сильные ветра. Попал в госпиталь с бронхитом. И появилась возможность воспользоваться Интернетом. Выяснил, что через два часа будут транслировать матч «Урала» — не помню уже, с кем играли. И я написал ребятам, что буду болеть за них, пожелал удачи. Сидим в палате, начался матч, включаю звук на полную громкость. А комментатор говорит, что наш матч смотрит бывший игрок команды Никита Алексеев, который сейчас служит в армии, и вся команда передаёт ему привет. А пацаны вокруг оживились: «Это тебе, тебе привет передали?» Вот я вам рассказываю про этот эпизод из жизни, а у меня мурашки по коже.

И вот после этого случая я понял, что волейбол — это моё. До этого скучал, вспоминал, но всё это было несерьёзно. А после той трансляции меня словно подменили. Когда чуть позже связался со своим агентом, услышал в ответ: «Я знал, что ты вернёшься». Думал про Высшую лигу «А», а приглашение получил от «Факела». Я был благодарен, что меня приняли в Новом Уренгое, хотя, по правде, находился тогда не в лучшей форме. Там тоже была игровая практика, но не такая, как сейчас в «Нове». Пришлось и в диагонали стоять, и в доигровке. А потом вновь оказался в Уфе — у ряда ребят были серьёзные травмы, и меня позвали помочь своей бывшей команде. Я согласился, потому что именно в этом клубе оставил частичку себя. Мы по очереди с Сашей Кимеровым играли. И ближе к концу сезона почувствовал, что вернулся в волейбол по-настоящему. Но наступило лето — и появилась «Нова».

«На уроки Шляпникова сегодня смотрю по-другому» 

— И ты нисколько не пожалел?

— Напротив, очень рад этому: закрепился в составе, почувствовал себя нужным человеком, к тому же руководство мне доверяет. У меня были летом и другие предложения, правда, не столь привлекательные. Но я предпочёл Новокуйбышевск, потому что понимал, что могу быть в этой команде первым номером на своей позиции.

— Да и с весом, судя по твоему виду сегодня, уже нет больших проблем.

— Пришло понимание ответственности за результат, нужно было оправдывать доверие, не имел права подвести ребят. А вообще я не жалею даже о том, что не раз совершал глупые, порой, необдуманные поступки. Потому что все они стали для меня хорошей жизненной школой, как и армия. Просто надо делать правильные выводы после каждого случая.

— Верю, что ты впредь не сделаешь ничего подобного тому, что произошло однажды в молодёжной сборной у Сергея Шляпникова.

— Разумеется. Это было мальчишество. Сергей Константинович — тренер очень строгий, требовательный, для которого дисциплина на первом месте. По молодости лет мы ещё многого не понимали, огрызались, если нам что-то не нравилось. Это сейчас я повзрослел и многое переосмыслил. А раньше мог поспорить с тренером, ослушаться даже. Меня наказывали — и кроссы приходилось бегать, и домой отправляли. Самый последний раз — это было перед молодёжным чемпионатом мира в Бразилии. Случилось это буквально на второй день по прибытии, в процессе акклиматизации. Нас предупредили, чтобы мы очень осторожно относились к еде: другая страна, своеобразное питание, не дай бог кто-то отравится. Разрешили есть овощи и фрукты, более ничего. А я парень здоровый, кушать-то хочется.

В гостиничном номере нашли ресторанное меню и вместе с соседом – не стану называть его фамилию, пусть всё, что случилось, останется на его совести — заказали что-то типа гамбургеров. Не прошло и нескольких минут, как доктор команды про это узнал, и Сергей Константинович собрал команду. Мы решили признаться. Всё равно бы вычислили, из какого номера поступил заказ. Промолчать было бы ещё хуже. Когда нас построили и тренер спросил, кто это сделал, я вышел вперёд один – мой сосед по комнате остался на месте. Ну и меня отправили домой. А ребята выиграли тогда золотые медали. На всю жизнь тот гамбургер запомнится — тренер преподал мне, мальчишке, замечательный урок.

— Сегодня ты лидер чемпионата России по результативности. Долгое время шёл вторым за Виктором Полетаевым. Но стоило диагональному «Кузбасса» пропустить матч, ты вышел на первое место. Но дело даже не в набранных очках — ты своей игрой доказываешь, что можешь оказаться в числе кандидатов в сборную страны.

— У нас в армии так говорили: «Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом». Известная поговорка. Так что мечта оказаться в главной команде России наверняка есть у каждого волейболиста, который играет в Суперлиге. И я не исключение. Важно не просто сыграть за сборную, а ещё и выиграть с ней большое соревнование.

— Чего мне и хотелось тебе пожелать.

— Спасибо большое.

Беседовал Лев РОССОШИК

© 2001-2009 ВФВ
119270, Москва, Лужнецкая наб., 8
тел.: (495) 637-00-00, 637-08-50
e-mail: info@volley.ru